На Рождество во многих странах принято исполнять ораторию Генделя “Мессия”, написанную в 1741 году. Один из самых торжественных моментов – когда сопрано поет “Я знаю, Искупитель мой жив”. Это слова, произнесенные Иовом в дни тяжелейших испытаний, когда он был охвачен горем и тоской (Иова 19:25). Эти слова твердой веры восстают прямо из пепла его истерзанного болью и страданием сердца, когда вся надежда, казалось, была потеряна, а ужасным страданиям не видно конца.

Слова “Я знаю, Искупитель мой жив” возносятся над страданиями Иова, перенося его – и нас – в другую реальность, реальность Искупителя, Которого мы знаем как нашего Господа Иисуса Христа. Он Тот, Кто все совершает по изволению воли Своей и дает надежду даже посреди отчаяния.

Мы сейчас живем в такое время, когда многие страны мира охвачены беспокойством и ощущением беспомощности из-за распространения пандемии Ковид-19, которая несет не только болезнь и смерть, но и разрушение прежнего образа жизни, безработицу, лишения и многочисленные переживания. Вдобавок к этому разгораются новые войны и конфликты, над миром нависает угроза глобального голода, бушуют природные бедствия … Так что наши сердца уже не выдерживают и взывают: “Доколе, Господи, доколе?” И все же мы, христиане, вспоминая рождение нашего Господа и Спасителя Иисуса Христа, видим, как в наш мрачный мир вошел свет, посреди горя и отчаяния появилась надежда и радость.

Во сне ангел сказал Иосифу, чтобы ребенка Марии он назвал Иисус, “ибо Он спасет людей Своих от грехов их” (Матфея 1:21). Как поется в одном Рождественском гимне, “В мир рожден Спаситель”, и Его путь спасения заключался в том, чтобы искупить нас, заплатить выкуп, освободить нас от наших грехов и забрать нас у лукавого. И этим выкупом стала Его собственная жизнь.

А затем Он воскрес: наш Искупитель жив. Находясь под угрозой смерти, мы знаем Того, Кто жив и Кто оживит и нас к новой вечной жизни вместе с Ним. Поэтому мы не боимся смерти. Интересно отметить, что изначально оратория Генделя “Мессия” должна была исполняться на Пасху, а не на Рождество.

Один гимн, который пелся еще в Ранней церкви, говорит об этой священной тайне воплощения, о которой мы сегодня так легко забываем, глядя на картинки с яслями и всю эту праздничную мишуру.

Да молчат уста всех смертных,
Да умолкнет вся земля,
Ныне сходит в Храм святой Свой,
Принимая зрак раба,
Сам Христос, Господь и Бог наш,
Нас от праха возводя.

(Англиканский гимн “Let all mortal flesh keep silence”, Литургия св. Иакова, 4 век, перевод Ольга Шульчева-Джарман)

Иов не только провозглашает о том, что у него есть Искупитель, который защитит и спасет его, хотя все другие от него отвернулись. В агонии своих страданий он также находит источник радости и утешения – во всем этом он остался верен Богу. В этом была его “радость в непрекращающейся боли” (Иов 6:10, НРП).

Посреди боли и страданий есть радость, которая превосходит все мучения, которая превосходит горе и печаль, превосходит все тяготы, лишения и потери.

На Рождество мы часто поем гимн, который начинается так:

Радуйся, мир, Господь грядет;
Земля, ликуй пред Ним!
Прими скорей Царя Царей
И пойте новый гимн!

Эти слова, написанные Исааком Уотсом и опубликованные впервые в 1719 году, были стихом, который он написал на Псалом 97. Как и оратория Генделя “Мессия”, он не был написан к Рождеству. Всякий день в году мы можем радоваться, что Господь Иисус пришел на землю, чтобы обитать среди нас, искупить нас от грехов, и Он жив вовеки. В этом наша радость в непрекращающейся боли – что Искупитель наш жив!


Доктор Патрик Сухдео,
международный директор Фонда Варнава

Фото: Matt Seymour, Unsplash

Dr Patrick Sookhdeo is the International Director of Barnabas Fund and the Executive Director of the Oxford Centre for Religion and Public Life.